В акварели мне нравится ее своенравность.

 

 

 

 

 

 

Ты управляешь водными потоками, однако как они себя поведут и чем в итоге станут ты не знаешь.

 

 

 

 

 

 

Если прибегать к метафоре, то акварелист – это Посейдон.

 

 

 

 

 

 

Вместе с тем в общих чертах я представляю, какой образ хочу увидеть.

 

 

 

 

 

 

Я люблю ресницы. Здесь они как копья.

 

 

 

 

 

 

Серия называется “Русалки”, потому что проявляющиеся образы напоминают лики сирен,

проглядывающие сквозь толщину воды.

 

 

 

 

 

 

В этих акварелях самое главное – трансформации образа.

Головы русалок как будто рождаются из яйца, там есть усилие рождения.

Они зыбкие и вместе с тем напоминают застывший на своде грота след.

 

 

 

 

 

 

 

 

Еще это – лицо Медузы Горгоны, увиденное в первый и последний раз.

 

 

 

 

 

 

 

 

Важна и бумага. Эта сделала акварели колючими, как репейник.

 

 

 

 

 

 

 

 
Иногда меня очаровывает результат. Часто получившееся я выкидываю.